— У меня вчера вечером была галлюцинация, я так перепугалась, что плохо спала всю ночь, — сказала мне больная. — Вхожу вечером в комнату и вижу: в лучах луны стоит какой-то человек. Я удивилась — кто бы это был? Подхожу ближе, а это мой халатик висит на стене, а вверху шляпа. Вот тогда я перепугалась очень: раз у меня галлюцинация, значит я тяжело больна.

А пугаться-то было нечего. Это не галлюцинация, а иллюзия, то есть неправильное, искаженное восприятие какого-либо реального предмета или явления. Ведь в этом случае халат и шляпа показались человеком.

Другое дело галлюцинации. Это уже болезненный, или, как говорят, патопсихологический симптом.

«Галлюцинации — это чувствительный образ, непосредственно не зависящий от внешних впечатлений и вместе с тем имеющий для галлюцинирующего характер объективной реальности», — так определял их в 1880 году выдающийся русский психиатр Виктор Хрисанфович Кондинский, автор первого ставшего классическим исследования этого явления.

Во время галлюцинации человек ничего не воспринимает. Это след ранее бывших восприятий, болезненное представление, возникающее в сознании.

Зависимость восприятия от общего содержания психической жизни человека, его опыта и багажа знаний — это и есть апперцепция.

Она может не только обеспечить избирательность восприятия, но и привести к иллюзии.

Такая иллюзия описана Пушкиным в стихотворении «Вурдалак».

Трусоват был Ваня бедный:

Раз он позднею порой

Весь в поту, от страха бледный,

Чрез кладбище шел домой.

Бедный Ваня еле дышит;

Спотыкаясь, чуть бредет

В нашем осмысливании фигуры и фона проявляется еще одно качество восприятия — его избирательность.

Воспринимая, мы обычно выделяем один или несколько объектов, а все остальное становится фоном. Это особенно отчетливо наблюдается в так называемых двойственных изображениях, которые, по-разному осмыслив, можно увидеть «и так и этак».

На вопрос первого рисунка ответ напрашивается, очевидно, такой:

— А смотря на что смотреть: либо ваза, либо два профиля.

Но психолог сказал бы: «Все зависит от того, что считать фигурой, а что фоном».

Посмотрим теперь на второй рисунок. Обратив внимание на изображение полуотвернувшейся молодой женщины, вы можете не сразу заметить тут же старуху с большим носом и подбородком, спрятанным в воротник. Если в центре увидеть ухо, рисунок воспринимается как молодая женщина, если глаз — как старуха.