Практическое значение иллюзий изучено лучше всего в полете. Курсанту аэроклуба в первых полетах кажется, что его самолет неподвижен, а крутятся земля и небо точно так, как это мы видим иногда в кино.

Ослабление ветра увеличивает скорость самолета на посадке и, следовательно, скорость мелькания земли.

Это приводит к тому, что курсант неверно определяет расстояние до земли и неожиданно, раньше времени ударяется колесами о землю. Подобных примеров можно привести много.

Но особенно отчетливо бывают выражены иллюзии у летчика при полете в облаках, когда он не различает горизонт и землю, то есть в так называемом слепом полете. Это ощущения противовращения, ложного крена, полета словно на перевернутом вверх колесами самолете. Особенно сильны такие иллюзии у летчиков, плохо читающих показания приборов.

Нечто подобное можно вызвать у человека, которого с закрытыми глазами вращают на специальном кресле. Механизм возникновения таких иллюзий связан с движением жидкости (так называемой эндолимфы), заполняющей полукружные каналы вестибулярного аппарата внутреннего уха.

Иллюзию, о которой сейчас пойдет речь, описал еще Аристотель примерно 2 300 лет назад.

Покатайте, закрыв глаза, шарик (лучше металлический, холодный) перекрещенными указательным и средним пальцами, как показано на фото и рисунке ниже.

Вам будет казаться, что под пальцами у вас два шарика.

А ларчик открывается просто: в нашем случае поверхности двух пальцев практически никогда не коснутся одновременно одной поверхности, и поэтому ощущения, идущие от них, не обобщаются.

Иногда эта иллюзия получается, если пальцами касаться кончика собственного носа: возникает впечатление, что вы стали собственником двух носов.

Но если до тыльной стороны кисти дотронуться двумя ножками циркуля, раздвинутыми меньше чем на 20—25 миллиметров, вы ощутите только одно прикосновение.

На кончиках пальцев вы отчетливо ощутите два прикосновения, даже сведя ножки циркуля до 1—2 миллиметров.

Если вы ловили когда-нибудь звонко стрекотавшего кузнечика, то знаете, как бывает непросто его поймать. Только подкрадешься к прыгуну, слышишь — он уже совсем в другой стороне трещит.

На самом деле все иначе. Кузнечик сидит на месте, а вы неверно определили направление звука. Если стать так, чтобы слышать кузнечика не перед собой, а сбоку, и, не поворачивая головы, идти на звук, то поймать его не составит большого труда.

Но поскольку кузнечики не всегда бывают под рукой, я в доказательство сказанного предложу такой опыт.

Попросите вашего приятеля закрыть глаза и звонко ударяйте двумя какими-либо предметами, скажем камешками, на разном расстоянии от его головы, но всегда строго впереди или сзади, в плоскости, проходящей через ось головы. Иными словами, всегда на одинаковом расстоянии от правого и левого уха.

Утверждаю, что ни ваш приятель, да и никто другой не сможет точно определить направление звука.