— У меня вчера вечером была галлюцинация, я так перепугалась, что плохо спала всю ночь, — сказала мне больная. — Вхожу вечером в комнату и вижу: в лучах луны стоит какой-то человек. Я удивилась — кто бы это был? Подхожу ближе, а это мой халатик висит на стене, а вверху шляпа. Вот тогда я перепугалась очень: раз у меня галлюцинация, значит я тяжело больна.

А пугаться-то было нечего. Это не галлюцинация, а иллюзия, то есть неправильное, искаженное восприятие какого-либо реального предмета или явления. Ведь в этом случае халат и шляпа показались человеком.

Другое дело галлюцинации. Это уже болезненный, или, как говорят, патопсихологический симптом.

«Галлюцинации — это чувствительный образ, непосредственно не зависящий от внешних впечатлений и вместе с тем имеющий для галлюцинирующего характер объективной реальности», — так определял их в 1880 году выдающийся русский психиатр Виктор Хрисанфович Кондинский, автор первого ставшего классическим исследования этого явления.

Во время галлюцинации человек ничего не воспринимает. Это след ранее бывших восприятий, болезненное представление, возникающее в сознании.