Другая оса — Сфекс лангедокский, которую изучал Жюль Фабр, заготавливает в пищу для своих личинок парализованных самок кузнечиков-эфиппигер. Так как эта добыча слишком тяжела, чтобы с ней лететь, сфекс ее волочит за усики. Вот сокращенное описание Фабром своих опытов, доказывающих слепоту инстинкта.

Первый опыт

«Сфекс, влачащий свою добычу, находится уже в нескольких дюймах от норки. Не трогая его, я перерезываю ножницами усики эфиппигеры, которые служат ему вместо вожжей. Перепончатокрылое возвращается к ней и без колебания тянет ее за основания усиков. Очень осторожно, чтобы не ранить сфекса, я отрезаю кончик и этих кусочков усиков. Сфекс схватывает длинное щупальце жертвы и продолжает свое передвижение. Добыча подтащена к жилищу и положена так, что головой обращена к входу в норку.

Тогда перепончатокрылое входит одно в норку для того, чтобы сделать краткий осмотр внутренностей ячейки, прежде чем втягивать запас.

Павлов любил говорить о «законном браке физиологии с психологией». Он сам не раз пытался «накладывать психологический узор на физиологическую канву», делая это в своих статьях и особенно при «коллективном думаний», как он называл свои беседы с сотрудниками, проводившиеся еженедельно средам.

Вот слова Ивана Петровича Павлова, сказанными о психике и мозге в 1913 году:

— Я постараюсь только предположительно, — говорил он, — ответить на вопрос: какие физиологические явления, какие нервные процессы происходят в больших полушариях тогда, когда мы говорим, что мы себя сознаем, когда совершается наша сознательная деятельность?

С этой точки зрения сознание представляется мне нервной деятельностью определенного участка больших полушарий, в данный момент, при данных условиях, обладающего известной оптимальной (вероятно, это будет средняя) возбудимостью.

В этот же момент вся остальная часть больших полушарий находится в состоянии более или менее пониженной возбудимости.

Мнения о том, как Павлов относился к психологии, часто расходятся. Одни уверяют, что он штрафовал у себя в лаборатории тех, кто употреблял психологические термины, и часто горячо спорил со многими крупными психологами.

Другие рассказывают, будто он, собирая своих сотрудников для анализа состояния больных, говорил, что психиатру непременно надо быть психологом, что он горячо приветствовал открытие в Москве в 1912 году Института психологии и даже хотел создать психологическую лабораторию у себя в Колтушах.

И то и другое верно.

Иван Петрович искал и нашел объективный метод изучения высшей нервной деятельности животных. Он горячо боролся против антропоморфизма, то есть приписывания животным свойств психики человека.

Работая на собаках методом условных рефлексов, он действительно ввел в лаборатории штраф за выражения типа «собака не поняла», «собака думает».